Натюрморт в фотографии
текст: Евгения Соломатина
История натюрморта в фотографии обширна: в ней представлены сотни авторов, различные визуальные подходы и длительная эволюция жанра. Интерес к натюрморту сохранялся на протяжении всего развития медиума, что привело к формированию многослойной традиции. Примеры, приведённые далее, — это намеренно ограниченный и частично субъективный выбор, который не претендует на полноту, а лишь обозначает отдельные направления внутри этого широкого поля.
В качестве отправной точки обратимся к истории живописного натюрморта — жанра, мотивы которого формировались задолго до появления фотографии. Фрукты, вазы и простые бытовые предметы вдохновляли художников ещё с эпохи античных фресок. Одним из ранних примеров можно назвать фреску «Натюрморт с чашей фруктов и сосудами» неизвестного художника около 50–79 гг. н.э., из Помпей (близ Неаполя), которую также называют «Натюрмортом из дома Юлии Феликс».
По мнению исследователей, фрагменты фрески могли служить одновременно демонстрацией мастерства художника, символом изобилия хозяев дома и отражением интереса к повседневным предметам. Этот пример показывает, что интерес к предметам как носителям смысла и знакам обыденной жизни возник ещё в античности и стал основой для дальнейшего развития традиции натюрморта.
По мнению исследователей, фрагменты фрески могли служить одновременно демонстрацией мастерства художника, символом изобилия хозяев дома и отражением интереса к повседневным предметам. Этот пример показывает, что интерес к предметам как носителям смысла и знакам обыденной жизни возник ещё в античности и стал основой для дальнейшего развития традиции натюрморта.
«Натюрморт с чашей фруктов и сосудами» неизвестного художника около 50–79 гг. н.э
Однако устойчивая традиция, в которой натюрморт стал самостоятельным жанром, возникла только в XVII веке в Северной Европе. Натюрморт особенно активно развивался в Нидерландах. Художники изображали предметы: еду, цветы, посуду, книги. Жанр был не только декоративным, но и символическим: почти каждый объект нес аллегорический смысл.
В отличие от античных изображений, где предметы фиксировались прежде всего как знаки достатка или проявление мастерства, голландский натюрморт XVII века превратил предметы в сложный язык. Через детали, сочетания и композицию художники говорили о морали, времени, бренности, богатстве и устройстве мира. Так предметность впервые стала полноправной системой смыслов, а не только визуальной фиксацией быта.
В отличие от античных изображений, где предметы фиксировались прежде всего как знаки достатка или проявление мастерства, голландский натюрморт XVII века превратил предметы в сложный язык. Через детали, сочетания и композицию художники говорили о морали, времени, бренности, богатстве и устройстве мира. Так предметность впервые стала полноправной системой смыслов, а не только визуальной фиксацией быта.
Jan Davidsz de Heem, «Sill Life with Ham, Lobster and Fruit», 1653
Затем фотографы середины XIX века нередко опирались на сюжеты, сложившиеся в живописной традиции. Однако сама природа медиума привела к совершенно иному результату. Если живопись позволяла строить идеализированные и продуманные композиции, то ранняя фотография фиксировала предметы с беспрецедентной точностью и прямотой. Даже простые объекты, выстроенные для экспериментов, оказывались лишены аллегорической насыщенности, характерной для голландского натюрморта. Вместо смыслов здесь доминировало изучение оптики и новых технических возможностей. Поэтому ранний фотографический натюрморт развивался как лаборатория визуального исследования света и фактуры, а не как носитель сложных символов. Именно это прагматичное, аналитическое отношение к предмету станет отправной точкой для дальнейшей эволюции жанра в фотографии.
Изображение стола, накрытого для простой трапезы, предположительно созданное французским фотографом Жозефом Нисефором Ньепсом (фр. Joseph Nicéphore Niépce) примерно в 1827 году, появилось задолго до того, как мир узнал о существовании фотографии. Вероятно, тогда Ньепс больше стремился зафиксировать саму сцену, чем определить её как жанр натюрморта. Однако этот снимок принято считать первой вехой в истории фотографического натюрморта.
Nicephore Niepce, The First Still Life, about 1827
В 1837 году Луи‑Жак Манде Дагерр (фр. Louis Jacques Mandé Daguerre) также сделал один из самых ранних известных натюрмортов, снятых с помощью дагеротипии.
Louis-Jacques-Mandé Daguerre, The Artist’s Studio / Still Life with Plaster Casts, 1837, daguerreotype
Работа Уильяма Генри Фокса Тальбота (William Henry Fox Talbot), демонстрирующая набор поставленных в ряд предметов была сделана около 1843 года.
William Henry Fox Talbot, «Articles of China», 1843 - 1844
Чуть более поздние «яблочные» этюды Анри Ле Сека (Jean-Louis-Henri Le Secq).
Henri Le Secg, «Still Life», 1852
Тем не менее к концу XIX века натюрморт становится областью важных художественных перемен. Импрессионисты исследовали свет и цвет, фиксируя изменчивость момента, а постимпрессионисты обращались к структуре, форме и устойчивой композиции. Например, Поль Сезанн в своих натюрмортах с яблоками и бутылками фактически предвосхитил кубизм. Через смещение перспективы и работу с объемом он переосмыслил пространство картины и тем самым открыл новый подход к изображению предметности. Эти процессы в живописи задали фотографам ориентиры для дальнейшего осмысления композиции и роли предмета в изображении, сформировав основу для модернистских экспериментов начала XX века, как в живописи, так и фотографии.
Paul Cezanne, «Milk Can and Apples», 1979 - 1980
В первой половине XX века натюрморт становится важным инструментом эстетического поиска внутри модернистской фотографии. С натюрмортом работают Эдвард Уэстон, Имоджен Каннингем, Эдвард Стайхен и другие авторы. Предметы на снимках лишаются бытового значения и превращаются в метафоры, структуры и ритмы.
Edward Weston, «Eroded Rock», Point Lobos, 1930
Florence Henri, «Still Life Composition», 1932
Edward Steichen, «Time-Space Continuum», 1920
Imogen Cunningham, «The Unmade Bed», 1958
После 1950-х натюрморт переживает стремительное развитие. С одной стороны, он активно используется в коммерческой фотографии — от моды до упаковки. С другой, ряд художников превращает его в самостоятельное поле художественного исследования.
В отличие от ранних натюрмортов и коммерческих постановок, эти работы наделяют предметы идеей и эмоциональным содержанием, вызывая у зрителя ощущение множественности возможных значений, течения времени и диалога с собственной памятью.
В отличие от ранних натюрмортов и коммерческих постановок, эти работы наделяют предметы идеей и эмоциональным содержанием, вызывая у зрителя ощущение множественности возможных значений, течения времени и диалога с собственной памятью.
В контексте подобных художественных поисков особый интерес вызывает творчество Фредерика Соммера (Frederick Sommer, 1905 -1999) — американского художника, работавшего с фотографией, рисунком и коллажем. Его творчество было связано с сюрреалистическим мышлением и экспериментами с формой. Центральное место в его практике занимали натюрморты, в которых бытовые предметы и органические фрагменты превращались в многослойные композиции.
Соммер, значительно опередивший идеи постмодернизма, исследовал возможности создания новых смыслов через ассоциативные наслоения, применяя коллаж, цитирование, двойную экспозицию и нестандартные методы печати. Работая преимущественно в Аризоне и оставаясь долгое время вне мейнстрима, он был недооценён современниками. Однако сегодня его наследие рассматривается как значительный вклад в развитие экспериментальной и концептуальной фотографии XX века.
Frederick Sommer. Artificial Leg. 1944
Frederick Sommer. The Thief Greater Than His Loot. 1955
Frederick Sommer. Circumnavigation of the Blood. 1950
Зик Берман (Zeke Berman 1951) — американский фотограф и скульптор. С конца 1970-х годов фотографии Бермана отражают интерес к поиску пересечений между скульптурой, фотографией, графикой и, в последнее время, кинематографом.
Формальный диапазон его практики - изобретательное использование простых материалов, таких как бечевка, глина, дерево, стекло и лед. С помощью этих утилитарных предметов он создает сюжеты, которые не поддаются простой визуальной интерпретации. Работая со смещением между тем, как устроено человеческое зрение, и особенностями фотофиксации пространства, Берман подстегивает воображение зрителя и ставит под сомнение привычные представления о восприятии.
Недавние короткометражные циклические фильмы Бермана, объединённые под названием «Скульптурная анимация», создаются на основе покадровых последовательностей студийных фотографий, образуя саморазвивающиеся структуры. Эти работы вводят в привычную Берману работу со статичным натюрмортом динамику и движение.
Сам художник отмечает, что его творчество лучше всего понимать через призму эпистемологии — философской дисциплины, изучающей природу знания, способы его получения и основания наших убеждений.
Недавние короткометражные циклические фильмы Бермана, объединённые под названием «Скульптурная анимация», создаются на основе покадровых последовательностей студийных фотографий, образуя саморазвивающиеся структуры. Эти работы вводят в привычную Берману работу со статичным натюрмортом динамику и движение.
Сам художник отмечает, что его творчество лучше всего понимать через призму эпистемологии — философской дисциплины, изучающей природу знания, способы его получения и основания наших убеждений.
Zeke Berman. Untitled. 1979
Zeke Berman. Still Life with Necker Cube. 1979
Zeke Berman. Untitled. 1987
Zeke Berman. Untitled. 1988
Zeke Berman. Measuring Cup. 1979
С конца 1950-х годов еще один автор — Лукас Самарас (Lucas Samaras, 1936 – 2024) демонстрирует постоянное стремление к экспериментам. Он работает в традиционных техниках живописи, графическом рисунке, скульптуре и фотографии, а также создаёт произведения книжного искусства, переделывает мебель и шьёт гобелены. Масштаб его работ варьируется от трёхдюймовых полароидных снимков, сделанных вручную, до зеркальных инсталляций размером с комнату. Практику этого художника интересно изучить подробнее, однако здесь мы сосредоточимся на натюрмортах.
Работы Лукаса Самараса, включая серию Still Life (1978) демонстрируют радикальное переосмысление традиционного жанра натюрморта в контексте современного искусства. Используя Polaroid не только как средство фиксации объектов, но и как материал для вмешательства, художник физически и визуально модифицировал пленку, оставляя на ней следы своих действий. В этих работах акцент смещается с самих объектов натюрморта на процесс их изображения, материальность носителя и авторскую интервенцию. Такой подход размывает границы между классическим натюрмортом, фотографией и экспериментальной визуальной практикой, превращая изображение предметов в текстуру субъективного опыта и визуального исследования. В итоге Самарас выводит жанр за пределы репрезентации, превращая его в площадку для рефлексии о природе изображения и субъективности взгляда.
Работы Лукаса Самараса, включая серию Still Life (1978) демонстрируют радикальное переосмысление традиционного жанра натюрморта в контексте современного искусства. Используя Polaroid не только как средство фиксации объектов, но и как материал для вмешательства, художник физически и визуально модифицировал пленку, оставляя на ней следы своих действий. В этих работах акцент смещается с самих объектов натюрморта на процесс их изображения, материальность носителя и авторскую интервенцию. Такой подход размывает границы между классическим натюрмортом, фотографией и экспериментальной визуальной практикой, превращая изображение предметов в текстуру субъективного опыта и визуального исследования. В итоге Самарас выводит жанр за пределы репрезентации, превращая его в площадку для рефлексии о природе изображения и субъективности взгляда.
Lucas Samaras. Still Life & Figure. 1978
Lucas Samaras. Still Life. 1978
Lucas Samaras. Still Life & Figure. 1978
Lucas Samaras. Still Life. 1978
Lucas Samaras. Still Life. 1978
Натюрморты Джен Грувер (Jan Groover, 1983) — первой женщины в нашей подборке — это не просто изображения предметов, а глубокое исследование формы, цвета и света. Художница тщательно подбирает объекты, их расположение и угол съёмки, создавая выверенные и продуманные композиции. Каждая тень и каждый отражённый световой блик рассчитаны с особой точностью, что придаёт сценам ощущение напряжённого драматизма и визуальной загадочности. В этом подходе отчётливо прослеживается связь с традициями живописи — от Джорджо Моранди (Giorgio Morandi) до Поля Сезанна (Paul Cézanne).
Грувер работает с различными фотографическими методами, включая съёмку на крупноформатную камеру и использование редких, трудоёмких процессов, таких как платиново-палладиевая печать. Эти технические решения позволяют ей тонко управлять масштабом, фактурой и глубиной изображения. Обращение к цвету также является для Грувер осознанным художественным приёмом. В её цветных натюрмортах повседневные предметы превращаются в самостоятельные художественные артефакты, побуждая зрителя задуматься о границе между визуальной реальностью и воображаемым образом.
Грувер работает с различными фотографическими методами, включая съёмку на крупноформатную камеру и использование редких, трудоёмких процессов, таких как платиново-палладиевая печать. Эти технические решения позволяют ей тонко управлять масштабом, фактурой и глубиной изображения. Обращение к цвету также является для Грувер осознанным художественным приёмом. В её цветных натюрмортах повседневные предметы превращаются в самостоятельные художественные артефакты, побуждая зрителя задуматься о границе между визуальной реальностью и воображаемым образом.
Jan Groover. Untitled. 1983
Jan Groover. Untitled. 1983
Jan Groover. Untitled. 1989
Jan Groover. Untitled. 1987
Jan Groover. Untitled. 1992
Джоанн Вербург (JoAnn Verburg, 1950) работает на пересечении времени и личного опыта. Художница фиксирует длительные процессы медленных изменений и памяти в форме серий и многочастных работ. Фотография для Вербург служит инструментом наблюдения за изменениями — как физическими, так и эмоциональными.
Особое внимание Вербург уделяет форме презентации изображений, часто обращаясь к диптихам, полиптихам и нестандартным способам экспонирования, которые подчёркивают временную протяжённость и нарративность ее работ. Её произведения балансируют между документальностью и созерцательностью, приглашая зрителя к медленному, вдумчивому восприятию образа и его неочевидных смыслов.
JoAnn Verburg. Missing Children (Captiva).1988
JoAnn Verburg.Still Life with Jim. 1991
JoAnn Verburg.Secrets: Iraq.1991